АДОРНО (Adorno),
ВИЗЕНГРУНД-АДОРНО (Wiesengrund-Adorno) Теодор
(1903—1969) — немецкий философ, социолог, музыковед, композитор. Один из
ведущих представителей Франкфуртской школы, внес крупный вклад в эстетику
модернизма. Творческую деятельность А. начал уже в 17-летнем возрасте с
опубликования первой критической статьи "Экспрессионизм и художественная
правдивость" (1920), в которой речь шла об экспрессионистской драме. Следом
появляются полемические и критические статьи преимущественно о музыке. В них
предметом рассмотрения А. становятся музыкальные направления, формирующие образ "музыкального
ландшафта" 1920-х. При этом метод анализа А. феноменов передачи музыкального
содержания характеризуется акцентированием не художественной выразительности,
а когнитивного потенциала музыки, что свидетельствует о рациональном осмыслении
музыкального материала. С начала 1920-х вовлечен в интеллектуальную орбиту
Франкфуртского института социальных исследований, вокруг которого стала
складываться так называемая Франкфуртская школа. Философия А. строилась на
исходном мотиве о необходимости подвергать критике любые теории общества по мере
исторического изменения последнего. Ранние философские работы А. были
посвящены критическому разбору философских систем Гуссерля (1924) и Кьеркегора
(1930), которые критиковались им за пренебрежение факторами социальной
реальности и приоритетную трактовку субъекта. В этот же период ярче всего
сказались симпатии А. по отношению к марксизму, — марксизму неортодоксальному,
разработанному Лукачем и Коршем, некоторые установки которого А. будет
разделять в течение всей жизни. Наиболее значимой для философии А. была
марксистская концепция товарного фетишизма, интегрированная с идеей Лукача об
"овеществлении". В 1934 А. эмигрировал из фашистской Германии в
Великобританию, с 1938 жил в США. В эмиграции связи А. с институтом особенно
укрепились, обернувшись интенсивным интеллектуальным сотрудничеством.
Результатом стала одна из важнейших работ А. "Диалектика просвещения" (1947),
написанная им совместно с Хоркхаймером. В ней авторы бросили вызов вере в
исторический прогресс, которая составляла незыблемый потенциал марксистской
традиции. История общества интерпретирована в книге как универсальная история
просвещения. Показано, что в ходе борьбы за выживание человек вынужден постоянно
совершенствоваться в управлении миром в своих собственных субъективных целях.
Эта постоянная ориентация на господство изменяет сущность человеческого
мышления, делая его несостоятельным в осуществлении своей собственной
саморефлексии, низводя разум до значения неизменного во всех ситуациях
инструмента. Так процесс просвещения оборачивается последовательной
рационализацией мира в субъективно-инструментальном смысле. В ходе ее
человеческий разум опускается до слепой процедуры формального автоматизма,
осуществляемой им исключительно в поле действия самого себя. Логическая и
техническая "аппаратура подавления" внешней природы, созданная человеком с
помощью науки и техники, через господство и разделение труда подавляет и
природу самого человека. Он все меньше распоряжается созданной аппаратурой,
которая все более обособляется от него. Опасность медленного дрейфа
человеческого миропонимания в сторону укрепления пустого автоматизма
сложившихся стереотипов, действований по правилам, узаконенным лишь силой
привычки, еще острее будет обозначена в следующей совместной работе А. и
Хоркхаймера "Авторитарная личность" (1950). Люди, считают авторы, сплющиваясь в
ходе рационализации в "узловые пункты установившихся реакций и укрепившихся
представлений", обнаруживают завуалированные склонности к авторитаризму. На
основе проведенных в 1940-е социологических исследований А. выявил весьма
симптоматичное для антидемократической структуры сочетание таких личностных
черт, как конвенциальность, покорность власти, деструктивность и цинизм. В
"авторитарной личности" А. усматривал проявление недуга позитивистской
цивилизации, результат действия ее тоталитарных тенденций. Вместе с тем
франкфуртские теоретики не утверждали, что просвещение было полностью
репрессивным или что инструментальный разум будет полностью отвергнут. Своей
критикой прогрессивного историзма они надеялись подготовить в интеллектуальной
сфере почву для поиска концепции справедливого общества. В 1950—1960-е А.
продолжал входить в число ведущих мыслителей Франкфуртской школы. Это был
наиболее плодотворный период творческой деятельности А. Были написаны, в
частности, весьма значительные философские произведения: "К метакритике
эпистемологии" (1956), "Негативная диалектика" (1966), "Эстетическая теория"
(1970). В них получила дальнейшее развитие развернутая им ранее совместно с
Хоркхаймером теория рациональности. В этих же работах А. разрабатывает свою
негативную диалектику как диалектический способ противоречиво мыслить о
противоречиях. Неудовлетворенность А. формально-логическим мышлением была
вызвана его глубокой убежденностью в том, что между вещами и их понятиями
имеет место конфронтация, в условиях которой угнетается "нетождественное", т.е.
"то, что не уступает себя понятию, дезавуирует в-себе-бытие этого понятия".
Высказываясь против систематизации, детерминированности, категориального
аппарата как инструментов формально-логического мышления, А. основным
принципом своей "негативной диалектики" делает принцип отрицания "тождества". В
ее рамках А. отклоняет категорию диалектического снятия, которая вменялась
Гегелем в качестве непременного условия осуществления философской системы. А.
переосмысливает гегелевскую категорию "определенного" (bestimmte) отрицания,
придавая отрицанию другое значение. Если по Гегелю оно являлось движущим
моментом, в соответствии с которым диалектика подводила к развертыванию и
снятию, то А. поворачивает его как "твердое", "непоколебимое" (unbeirrte) отрицание,
которое более не должно приступать к снятию. Принимая во внимание руководящую
для Франкфуртской школы идею о социальной обусловленности всех форм духовной
жизни, которая и сообщает социальный подтекст адорновской интерпретации логики
движения мышления, возможно подчеркнуть, что и в негативной диалектике А.
выражается реакция на бесчеловечную общественно-историческую реальность. А. не
удовлетворяет позитивное гегелевское отрицание, поскольку он рассматривает его
как санкционирующее существующий порядок вещей. Последний, по мнению А.,
оказывается "недостаточно отрицаемым". В таком истолковании отрицания
содержится решающий момент, отделяющий негативную дилектику А. от диалектики
Гегеля. Важнейшую часть теоретического наследия А. составляет философская
критика культуры, в сферу которой входят все его многочисленные
музыкально-критические работы. Среди них "Философия новой музыки" (1949), "Опыт
о Вагнере" (1952), "Призмы. Критика культуры и общество" (1955), "Диссонансы.
Музыка в управляемом мире" (1956), "Введение в социологию музыки" (1962).
Ключевое значение в этих работах получила критика "массового" коммерческого
искусства, искажающего, по А., сознание людей до уровня, на котором критическое
мышление оказалось под угрозой искоренения. Стандартизация и
псевдоиндивидуализация опровергали притязания массовой культуры угодить
индивидуальным вкусам. Критическому сознанию и счастью отдельной личности, по
А., могло бы способствовать только "аутентичное" искусство, под которым у него
подразумевалось искусство стиля "модерн". Искусство, которое сознательно
разоблачает собственные притязания на целостность и самодостаточность, по
мнению А., более способно к продуктивному отрицанию общественной реальности,
нежели то, которое продолжает держаться своей претенциозности. А. разработал
философско-эстетическую концепцию "новой музыки", отстаивая позиции
эстетического модернизма и протестуя против призывов вернуться к классической
или реалистической альтернативам искусства. Труды А. оказали влияние на
современную западную философию, социологию, эстетику, музыковедение, а также на
идеологию леворадикального студенческого движения 1960-х. [См. также
"Негативная диалектика" (Адорно), "Диалектика Просвещения" (Хоркхаймер,
Адорно).] |